Ранняя весна звучит, как… «ужастик».
Нет, конечно, есть в весенней песне и трели птиц. И капель. И журчание ручьев… Но это слишком общие краски весенней мелодии. В гайской весне, помимо общих музыкальных тем, есть свои обертоны – только было бы желание вслушаться!
Наш курс – на юго-восток от Гая, в один заброшенный хуторок.
Мартовский снег плотен и… визглив. Пластиковые лыжи скользят по плотной крупке снежного ската и воют так, что кажется: это стая волков комментирует твою лыжную поступь в безлюдной степи.
Чем быстрее разгоняются лыжи – тем тоньше звуки. И вот уже кажется, девочки-первоклассницы заливисто хохочут, догоняя тебя на санках.
Останавливаемся.
Слева – заброшенное кладбище.
Впереди – старый кленовый парк. Когда-то здесь шумела жизнь. Гремели вёдра о колечки колодезной цепи. Пели во дворах ножовки, обрезая сухоручины яблонь. Шуршала о стволы деревьев побелочная кисть.
Сейчас о деревенской улице напоминает лишь строй состарившихся ранеток в былых палисадниках. Деревья недвижимы. И тишина.
Но стоит тронуться с места, снова шорохи за спиной, визги, глухие вопросы.
О чём эти вопросы? К кому? Что пытается спросить нас погибшая деревня на краю России? На кого жалуется?
Мы останавливаемся, чтобы слушать исповедь хутора, вычеркнутого на географических картах.
Вдруг!..
Удар! Грохот. И легкий звон, как от колокола! Звон плывет по деревне.
Это обрушилось с дерева серебро – подмерзший иней. Осколки инея лежат на снегу, как клад Кощея. Унесешь с собой – не жди удачи.
Мы ничего не берём отсюда. Нам достаточно той легкой печали, что навевают эти развалины.
Карабкаемся по склону вверх. И опять – визги, стоны, хохот, будто мы выбираемся из преисподней. А впереди – вновь серебряный звон.
Только легче, веселее, игривее… Это песня любви. Это тот же подмерзший с утра иней, но сбрасывают его березки. Как будто захмелевшие девчонки.
Эх, гулять так гулять! Сережки – налево, бусы – направо! Звон…
Это новая тема в весенней мелодии: тема любви, плотской радости, обновления.
Жизнь продолжается.
И за угасающим днём обязательно придут новые рассветы.
MAX